Новодевичье кладбище — место, где покоятся те, кого страна привыкла считать своими героями. Здесь соседствуют могилы учёных, артистов, дипломатов. У каждой — достойный монумент: гранит, мрамор, бронза. Но есть одно захоронение, которое выбивается из этого ряда. Участок, где в октябре 2021 года предали земле легендарного диктора Игоря Кириллова, до сих пор не обзавёлся каменным надгробием. Прошло уже 54 месяца — срок, за который обычно успевают не только установить памятник, но и обустроить могилу. Вместо этого — простой деревянный крест, пластиковый портрет и цветы, принесённые верными зрителями.
Вечный покой без гранита
Негласное правило гласит: памятник публичному человеку должен появиться в течение двух лет после кончины. К началу 2026 года все знаменитости, ушедшие ранее, уже обрели достойные надгробия. Лишь у Кириллова — застывший миг прощания. Печальный факт обнаружился во время обхода захоронений, проведённого в мае 2026-го. Соседи по кладбищу — в граните и мраморе, а здесь — лишь дерево и пластик. За этой картиной — не отсутствие средств и не бюрократические проволочки, а семейная драма, завещание и молчаливое бездействие тех, кто должен бы заботиться о памяти.
Последние годы и уход
Игорь Кириллов не дожил всего года до 90-летия. До последних месяцев он оставался востребованным: озвучивал рекламные ролики, вёл корпоративные праздники, появлялся на статусных мероприятиях. Доходы — внушительная пенсия (более ста тысяч рублей), надбавки за регалии и гонорары от телеканалов — позволяли не знать нужды. Похороны на главном кладбище страны казались естественной данью легенде. Но после прощания всё замерло.
Первая семья: полвека вместе и потеря сына
С первой супругой Ириной, работавшей звукорежиссёром на телевидении, диктор прожил пять десятилетий. Её уход в 2004-м стал для него тяжёлым ударом, повергшим в долгую депрессию. В браке родились двое детей. Сын Всеволод, ставший предпринимателем, организовывал сафари-туры в Африке. Но отношения между отцом и сыном были испорчены. Всё из-за денег: родители продали дачу и отдали выручку дочери Анне на жильё в Германии (та осталась без крыши после развода), хотя сыну помогали и раньше. Всеволод не пришёл на похороны матери, на отцовские приглашения отвечал грубо. А спустя годы сам скончался от внезапного приступа панкреатита в возрасте сорока лет. После его смерти невестка Дарья, напротив, восстановила отношения со свёкром, регулярно навещала его с четырьмя внуками. Игорь Леонидовик души в них не чаял и помогал деньгами.
Дочь, выбравшая жизнь за границей
65-летняя Анна Кириллова три десятилетия назад уехала с мужем-оперным певцом в Германию. Осела в Дессау, зарабатывает на жизнь игрой на фортепиано. Сейчас в разводе, детей нет. С отцом общалась по видеосвязи — живьём они не виделись долгие годы. Дочь не приехала на похороны матери (говорила о травме и лечении) и на похороны отца (ссылалась на пандемийные ограничения). По завещанию ей полагается часть наследства, но главный актив достался не ей.
Вдова Татьяна: продавщица, вернувшая к жизни
Вытащить диктора из депрессии после смерти первой жены помогла сотрудница продуктового магазина Татьяна, приехавшая из Молдавии. Всё началось с совета по варке макарон, затем она стала приходить чаще: убирать, готовить. Когда Татьяну уволили и ей стало негде ночевать, Кириллов предложил пожить у него. В 2012 году они официально поженились. Разница в возрасте — 34 года. Коллеги диктора в один голос утверждают: Татьяна вернула его к жизни. Она контролировала приём лекарств, составляла меню, создавала уют. «Она стала мне самым близким человеком!» — повторял Игорь Леонидович. Согласно завещанию, именно вдова получила трёхкомнатную квартиру на Смоленской набережной — наследство, которое досталось диктору от отца-военного. Другого крупного имущества у него не было.
Каменное молчание вместо каменного монумента
Сегодня, по сведениям из окружения, Татьяна предоставила эту квартиру для проживания семье своего взрослого сына. Сама продолжает работать в управляющей компании. На любые вопросы о памятнике три последних года звучат однотипные отговорки: «идёт подготовка», «уже занимаемся», «всё будет». Внуки и их мать Дарья, которая присутствовала на похоронах и поддерживала свёкра, юридически не имеют права распоряжаться захоронением — по завещанию владелица участка вдова. Дочь Анна из Германии не вмешивается. Таким образом, установка надгробия упирается в волю единственного человека, который, похоже, не считает вопрос срочным.
Почему же женщина, спасшая диктора от одиночества, не спешит выполнить последний долг? Этот вопрос остаётся без ответа уже четвёртый год. Человек, чей бархатный голос объединял миллионы советских телезрителей, покоится под грубой деревяшкой, в то время как вокруг — гранит и мрамор.
Легенда отечественного телевидения до сих пор не обрела достойного места упокоения. Страна, выросшая на его голосе, продолжает ждать. Но гранит так и не появился.
Как вы считаете, должен ли кто-то, кроме вдовы, иметь право вмешиваться в вопрос установки памятника, если наследник бездействует столь долго? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм