В советской комедии второстепенный герой редко оказывается просто фоном. Ему хватает пары минут, чтобы задать сцене темп, сломать её ход или увести разговор в сторону. Дальше — шесть таких ролей из фильмов 1966–1977 годов: актёры второго плана здесь не обслуживают чужую историю, а тянут свою, и запоминаются не объёмом экранного времени, а конкретным поступком.
«Джентльмены удачи»: Савелий Крамаров и Косой
Косой принимает заведующего детским садом Евгения Трошкина за настоящего преступника по кличке Доцент. И до самого конца не догадывается, что перед ним человек, который лишь играет главаря. Комедия Александра Серого вышла в 1971-м: милиция использует внешнее сходство Трошкина с Доцентом, чтобы внедрить его в банду — туда, где рядом оказываются Хмырь, Василий Алибабаевич и сам Косой.
Савелий Крамаров играет Косого — Фёдора Петровича Ермакова. Репутация у того опасная, а поведение её опровергает: он говорит с нажимом, следит за Доцентом и подстраивается под тех, кого считает сильнее. Странности «главаря» Косой списывает не на подмену, а на характер — мол, у опасного человека свои причуды.Про розыгрыш зритель знает с самого начала, и потому каждое обращение Косого к Трошкину бьёт дважды: для него это разговор с авторитетом, для зала — с воспитателем детского сада.
Держится образ на мимике, резких поворотах головы и сбивчивом темпе реакции. Косой старается сохранять суровый вид, но лицо у него меняется мгновенно, стоит ситуации выйти из-под контроля. С Хмырём он чувствует себя самостоятельнее, с Доцентом осторожнее, а в общей сцене реагирует раньше, чем успевает понять, что происходит.
Двойственность — внешняя роль против внутреннего состояния — у Крамарова встречается не раз: дьяк Феофан в «Иване Васильевиче меняет профессию», Пётр Тимохин в «Большой перемене», одноглазый председатель шахматной секции в Васюках в гайдаевских «12 стульях». Рядом — Сергей Иванович из «Не может быть!» и роль в «Мимино».
«Служебный роман»: Лия Ахеджакова и Верочка
У рабочего места Верочки висит газетная вырезка о позднем родительстве. Одна деталь говорит о ней больше, чем все реплики: секретарша легко рассуждает о чужих семьях и детях, а своё желание оставляет при себе. Прямого признания в фильме нет — смысл собран из предмета в кадре.
«Служебный роман» Эльдара Рязанова вышел в 1977-м — московская премьера прошла 26 октября, а в 1979-м картина получила Государственную премию РСФСР. Часть источников датирует фильм 1978 годом, а героиню Ахеджаковой называет секретаршей Верой. В центре сюжета Анатолий Новосельцев, Людмила Калугина и Юрий Самохвалов; Верочка служит в том же учреждении и про личную жизнь сослуживцев знает побольше иного руководителя. В основе — пьеса Эмиля Брагинского и Рязанова «Сослуживцы», которую в том же году играли в Московском театре им. Маяковского и Ленинградском театре комедии. Сам Рязанов говорил, что толчком к съёмкам стала неудачная, на его взгляд, телепостановка этой комедии.
Одежда, причёски, семейные перспективы, служебные новости — Верочка обсуждает всё с одинаковой скоростью. Оценивает, как выглядят коллеги, раздаёт советы и раньше остальных замечает, что Калугина и Новосельцев ведут себя иначе. Должность у неё маленькая, а бытовая жизнь коллектива открывается зрителю именно через неё.
Ахеджакова держит роль на быстрых репликах, коротких паузах и мгновенных реакциях. О чужих отношениях Верочка говорит свободно, о себе — почти ничего: наблюдает за сотрудниками и прячет уязвимость за уверенной, шутливой манерой. Такой второй план — обаятельный, харизматичный — и принёс актрисе наибольшую популярность. В том же ряду Надя в «Иронии судьбы», Малаева в «Гараже» и директор клуба в «Москва слезам не верит».
В раннем варианте сценария у Верочки был муж — ради этой линии снимали семейные споры и поездки на мотороллере после работы. В окончательную версию эпизоды не попали. Семейная история героини осталась за пределами сюжета, а в кадре уцелели лишь разговоры о семье и детях.
«Приключения Буратино»: Рина Зелёная и Черепаха Тортилла
Появление Тортиллы останавливает действие. Двухсерийный музыкальный телефильм Леонида Нечаева вышел в 1975-м по мотивам сказки Алексея Толстого: Буратино ищет золотой ключик, знакомится с обитателями Страны дураков, сталкивается с Лисой Алисой и Котом Базилио — и на этом пути черепаха сообщает ему важное о ключике.
Рина Зелёная появляется в отдельном музыкальном эпизоде: вокруг Тортиллы пруд и другие черепахи, а костюм и медленная пластика уводят её в сторону от стремительного мира Буратино. Сцена не гонит погоню дальше — она переносит внимание на голос.
Здесь звучит романс Тортиллы — музыка Алексея Рыбникова, слова Юрия Энтина, текст привязан к трёхсотлетию героини. Зелёная ведёт партию с разговорной интонацией, паузами и отчётливой дикцией: возраст передаётся не только гримом, но и темпом речи.
Буратино торопится, сыплет вопросами и действует раньше, чем разберётся; Тортилла отвечает медленно и делится тем, чего у него нет. Вся встреча держится на разнице опыта: деревянный мальчик всё время рвётся вперёд, а черепаха — про память и долгое знание.
За плечами Зелёной к тому времени были «Подкидыш», «Весна», «Вовка в Тридесятом царстве» и другие фильмы, озвучивание мультипликационных персонажей и миссис Хадсон в телефильмах о Шерлоке Холмсе. Тортилла собрана из её главных инструментов — голоса, дикции, паузы и музыкальной речи.
«12 стульев»: Михаил Пуговкин и отец Фёдор
Комедия Леонида Гайдая «12 стульев» вышла в 1971-м. Остап Бендер и Ипполит Воробьянинов разыскивают гарнитур Гамбса, в одном из стульев которого спрятаны бриллианты. В ту же охоту включается отец Фёдор — и ищет стул сам по себе, отдельно от двух других кладоискателей. Цель у всех одна, а у него — своя череда поездок, ошибок и неудач.
Сан при нём, но ведёт себя отец Фёдор как охотник за кладом: пишет жене Екатерине Александровне письма и телеграммы, зовёт её матушкой — и в каждой поездке думает о бриллиантах. Церковная речь уживается с расчётом человека, который хочет взять богатство первым.
Пуговкин показывает перемену через нарастающую суету: сначала отец Фёдор старается говорить рассудительно, потом начинает торопиться, раздражаться, менять планы. Чем дольше идут поиски, тем шире разрыв между саном и поступками. Комический эффект держится не на одной реплике, а на том, как последовательно рассыпается внешнее спокойствие.
«Берегись автомобиля»: Андрей Миронов и Дмитрий Семицветов
В комедии Эльдара Рязанова «Берегись автомобиля» (1966) закон нарушают двое — и по разным причинам. Юрий Деточкин угоняет машины у людей с нечестным доходом, продаёт их и отдаёт деньги детским домам; следователь Максим Подберёзовиков это расследует. Андрей Миронов играет Дмитрия Семицветова, который перепродаёт автомобили и живёт на нетрудовые доходы. Тестя Сокола-Кружкина сыграл Анатолий Папанов.
Семицветов — обычный с виду обеспеченный человек, только всё его благополучие держится на незаконных сделках. Деточкин оправдывает угон помощью детям, Семицветов использует машины ради личной выгоды. Карикатурного злодея из него Миронов не делает: герой говорит спокойно, держится уверенно и считает свои сделки нормальным способом жить.
Рядом с этой линией — руководитель самодеятельного театра в исполнении Евгения Евстигнеева. Он появляется в репетиционных сценах, где Деточкин и Подберёзовиков оказываются участниками одного спектакля: на сцене изображают других людей, а в жизни прячут настоящие роли. Театральный эпизод и сшивает детективную интригу с темой притворства.
«12 стульев»: Наталья Крачковская и мадам Грицацуева
В той же охоте за стульями у мадам Грицацуевой — своя задача. Вдова и владелица бакалейной лавки оказывается втянута в поиски после брака с Бендером: он женится ради стула, который стоит в её доме. Для Бендера это часть операции, для Грицацуевой — надежда на семейную жизнь. Один и тот же эпизод они видят совершенно по-разному.
Крачковская строит роль на движении и реакции. Грицацуева не остаётся пассивной обманутой женщиной, которую вывели за кадр: после побега Бендера она его преследует, врывается в сцены погони и в само действие, а её маршрут идёт через лестницы, улицы и вокзалы.
Бендер считает и меняет поведение по обстоятельствам — Грицацуева держит одну линию: она поверила в брак и пытается вернуть мужа. Разница видна в темпе, в жестах, в реакции на обман. Актриса играет не только доверчивость, но и упорство женщины, которая не готова принять исчезновение супруга как окончательное решение.
Все шесть и запоминаются по конкретному действию. Грицацуева гонится за Бендером, Верочка следит за сослуживцами, Косой путает воспитателя с Доцентом, Тортилла выдаёт Буратино сведения о ключике, Семицветов наживается на перепродаже машин, отец Фёдор ведёт свою охоту. Так что речь тут о ярких ролях второго плана — а не о персонажах, которые будто бы затмили главных героев.
У каждого зрителя наверняка есть свой второплановый герой, ради которого хочется пересматривать любимую комедию целиком. А чья короткая роль в советском кино запомнилась лично вам сильнее самых громких главных ролей?
ДЗЕН
Телеграм