Судьбы великих людей нередко окутаны завесой тайны, а их близкие порой несут на себе тяжесть невидимых миру драм. Именно такой оказалась история Евгения Титаренко, младшего брата Раисы Горбачевой, чья жизнь, полная надежд и таланта, обернулась трагическим забвением. Обстоятельства его судьбы долго оставались в тени, пока однажды шокирующая правда не открылась благодаря неожиданному источнику.
Актриса Софья Тимофеева, известная своими способностями к предсказаниям, однажды поделилась невероятными подробностями. Она утверждала, что супруга будущего лидера страны, Раиса Максимовна, обращалась к ней за советом. Тимофеева, цыганка по происхождению, обладала даром гадания, и многие знаменитости искали у неё ответы на свои вопросы. Именно Галина Брежнева, с которой актриса поддерживала дружеские отношения, дала ей номер телефона Горбачевой.
Завеса тайны: пророчество и шокирующее открытие
Однажды Раиса Максимовна действительно пришла к Софье Тимофеевой. Актриса вспоминала, как во время сеанса гадания её поразила «чернота», окутавшая карты. Она увидела в раскладе серьёзную беду, касающуюся «бубнового короля» — близкого родственника. Тогда и выяснилось, что речь идёт о родном брате Раисы — Евгении.
Софья Тимофеева утверждала, что именно Раиса, используя своё влияние, отправила брата в психиатрическую клинику. Когда актриса раскрыла эту тайну, реакция Горбачевой была ошеломляющей. «Горбачева прямо осатанела, когда я узнала ее тайну… «Откуда вы про это знаете?! Кто вам рассказал?» — вспоминала Софья Тимофеева в одном из телешоу.
Блестящий старт: надежды и первые успехи
Евгений Максимович Титаренко, появившийся на свет двумя годами позже своей знаменитой сестры, подавал большие надежды. Его путь начинался с Ленинградского высшего военно-морского училища инженеров оружия, хотя закончить его он не смог. Затем последовали служба матросом в суровом Заполярье и работа шахтёром на Донбассе. Однако истинное призвание Евгения было в другом.
В 1965 году он успешно окончил Литературный институт, а затем по распределению отправился в Воронеж. Там он два года трудился редактором в Центрально-Черноземном книжном издательстве, а в 1968 году стал полноправным членом Союза писателей СССР. Его дебютный роман о шахтёрах «Обвал» так и не увидел свет из-за цензуры, но повести для юношества были тепло приняты читателями.
Личная жизнь Евгения также складывалась удачно. В Воронеж он приехал уже женатым человеком. Его избранницей стала поэтесса Зоя Габоева, осетинка по национальности, которая подарила ему дочь Ирину. Союз писателей предоставил молодой семье однокомнатную квартиру. Коллеги и жители Воронежа вспоминали Титаренко как незаурядную личность: он был одарённым писателем, прекрасным рассказчиком, умным и невероятно обаятельным мужчиной. «Титаренко считался франтом, его называли красавчиком, о таком муже мечтали все наши дамы», — делились воспоминаниями сотрудники издательства.
Тень над судьбой: падение и одиночество
Несмотря на яркий старт, серьёзные произведения Евгения Максимовича продолжали сталкиваться с цензурными барьерами, что, по мнению многих, стало одной из причин его падения. Невостребованный талант и невозможность реализовать себя в полной мере толкнули писателя в объятия алкоголя. Он начал пить, и с каждым годом эта зависимость становилась всё сильнее.
В конце 1970-х годов, когда Михаил Горбачев уже занимал пост секретаря ЦК КПСС, его шурин Евгений Титаренко ютился в старом воронежском бараке. Редактор Тамара Давыденко вспоминала, как Евгений снимал угол у собутыльника в квартале, где селились бывшие заключённые. Там его искренне любили, ведь писатели в советское время пользовались большим уватом. Вечера в бараке проходили за бутылками и разговорами о жизни, а утро начиналось с дружного похода в пивной ларёк.
К тому времени брак Евгения с Зоей распался. Сестра Людмила рассказывала, что Зоя подала на развод, когда брат уже полностью зависел от алкоголя. Мать считала, что это наследственное, ведь и дед, и прадед тоже сильно пили. Раиса пыталась помочь брату, но он категорически отвергал любую помощь, упрямо твердя: «Я не алкоголик».
Искра надежды: любовь и новый удар
Оставив квартиру бывшей жене и дочери, Евгений снял себе угол, и его жизнь окончательно покатилась под откос. Он уходил в запои, которые длились месяцами, не мог писать, страдал от болей в печени и проблем с сердцем. Со временем ноги стали так отекать, что он едва мог ходить самостоятельно. Ночи приносили галлюцинации: Евгений рассказывал о неких людях, которые приходили к нему, беседовали и исчезали.
Тамара Давыденко уговорила его обратиться к психиатру, и врач поставил диагноз: хронический алкоголизм, способный вызвать приступы белой горячки. Испугавшись, Титаренко добровольно лёг в психиатрическую больницу. Там его состояние значительно улучшилось, и, что самое удивительное, он встретил любовь. Его избранницей стала Ирина, молодая пациентка, профессиональная скрипачка. Вспыхнувшие чувства привели к тому, что влюблённая пара покинула больницу и поселилась в новой квартире Евгения, которую для него купила Раиса.
К дню рождения Ирины Евгений Максимович приобрёл дорогой белый рояль. Коллеги-писатели надеялись, что он больше не вернётся к прежней жизни. Увы, их надежды рухнули спустя три года. Белый рояль был продан за бутылку водки. Ирина, несмотря на глубокий интерес к Евгению и его приятную натуру, не видела будущего с алкоголиком. «Женя постоянно заставлял меня бегать за бутылкой, трезвый он становился невменяемым, и, чтобы снять депрессию, я покупала все, что он требовал», — откровенничала Ирина, добавляя, что захмелевший он становился мягким и трогательным. Разница в возрасте и неодобрение родителей Ирины окончательно разрушили эти отношения. Через три года она ушла, оставив Евгения писать ей трогательные письма, последнее из которых содержало обвинение в предательстве и признание нежелания жить. Этот разрыв произошёл незадолго до того, как Михаил Горбачев занял пост Генерального секретаря ЦК КПСС.
Под надзором: горькая опека и изоляция
После ухода Ирины квартира Титаренко превратилась в притон для сомнительных личностей. Раиса Горбачева каждую неделю отправляла брату продукты и деньги, но всё это пропивалось. Добродушный Евгений привечал у себя «бродяг», не отказывая никому ни в выпивке, ни в ночлеге. Когда Раиса Максимовна сама приехала навестить брата и увидела весь ужас происходящего, она приняла решительные меры. Титаренко переселили в другую квартиру, а у подъезда круглосуточно дежурили милиционеры.
Владимир Добряков вспоминал, что его часто вызывали в «серый дом» — так называли Лубянку — где сотрудники органов вежливо просили присматривать за Титаренко. Без этой опеки, по мнению Добрякова, Евгения давно бы не было в живых, ведь он неоднократно пытался свести счёты с жизнью. Однажды он даже устроил пожар в своей квартире, уничтожив все книги и неопубликованные рукописи. Сотрудники КГБ также просили Виктора Панкратова сопровождать Титаренко к родителям в Краснодар, где их уже ждала машина прямо на лётном поле.
Однажды Евгений, никого не предупредив, «сбежал» в Москву. Месяц никто не знал о его местонахождении, пока его не нашли лежащим в крови у дороги. Он попал в Склифосовский институт, где его и обнаружила Раиса. Панкратов рассказывал, что сестра умоляла брата остаться в столице, но Воронеж был для него родным, и он вернулся. Окончательно в больнице Евгений прописался примерно с 1989 года.
Через два года Раиса Горбачева писала в своих мемуарах о брате, называя его одаренным и талантливым человеком, чьи дарованиям не суждено было сбыться. Она признавалась, что его судьба — это драма родителей, и её собственная постоянная боль, которую она носит в сердце более 30 лет.
«Его судьба — это драма матери и отца. Это моя постоянная боль, которую я ношу в сердце уже больше 30 лет. Тяжело и больно…»
— писала она.
Последние страницы: забвение и тихий уход
В то время активно распространялись слухи о том, что Титаренко «загнали в психушку», чтобы он не мешал Горбачевой. Эти сплетни подхватывались даже средствами массовой информации. Позже бывший заместитель начальника Воронежского управления КГБ Анатолий Никифоров подтвердил, что за Титаренко действительно «приглядывали», но в больницу он попал по собственному желанию с диагнозом «органическое поражение мозга». Никифоров выразил мнение, что проблему можно было решить иначе, например, отправить Евгения в хороший санаторий с охраной, а не оставлять его в забвении и одиночестве. «Титаренко оставили в больнице, прямо говоря, и в забытьи, и в одиночестве», — подчеркнул он.
Из родных Евгения Максимовича в больнице навестила лишь однажды племянница — дочь Горбачевых. Однако его не забывали воронежские писатели и издатели, а с Виктором Панкратовым он вёл переписку. В одном из последних писем Евгений писал, что решил вести дневник, чтобы отвлечься, но в голову приходила лишь одна фраза:
«Прощайте, друзья…»
Со временем состояние писателя ухудшалось, у него развивался Альцгеймер. Посетители стали ему не нужны, он их не узнавал, перестал читать, писать и смотреть телевизор. Бывшая директриса больницы в Орловке Ксения Тумакова объясняла, что причиной трагедии стала «русская болезнь» — сильное пьянство, усугублённое серьёзной травмой головы, задевшей мозг, что привело к развитию слабоумия. Так Евгений Титаренко тихо и отрешенно дожил свой век. Он пережил свою знаменитую сестру Раису на 19 лет и скончался на 83-м году жизни, найдя последнее пристанище на кладбище села Петино под Воронежем.
Какая печальная судьба уготована была талантливому человеку. И хотя на воле, вероятно, его ждала бы ещё более ранняя и трагическая гибель после очередной пьянки, такое «доживание» в забвении не пожелаешь никому.
Могла ли Раиса Максимовна поступить иначе, чтобы спасти брата от такой участи? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм