В 2007 году Регина Дубовицкая попала в автокатастрофу в Черногории. Врачи не были уверены даже в том, что она снова сможет ходить самостоятельно. А через полгода ведущая вышла на сцену — без чьей-либо помощи. Сегодня ей больше восьмидесяти. Она по-прежнему монтирует новые выпуски «Аншлага» и признаётся, что наконец наверстывает время, которое годами отдавала работе.
За фирменным хрипловатым голосом и парадом звёзд юмора — судьба женщины, которая не раз начинала с нуля. От школьной стенгазеты и радийных редакций до программы, которую страна ждала по пятницам. А расплатой стали уход коллег и судебные иски.
Девочка, которая хотела зваться Мартой
Родилась она 31 декабря 1943 года — под самый Новый год. Детство — сплошные переезды: мать преподавала биологию, отец — русский язык и литературу, и города менялись вслед за их работой.
Собственное имя казалось ей недостаточно звонким. Она завидовала подругам — Октябрина, Вилена — и даже пробовала называться учительницам «Мартой». А вот со словом всё сложилось рано: читала запоем, делала школьную стенгазету, мечтала о большой журналистике.
Отец прочил дочери филологию, но девятиклассница уже осаждала редакции. С его помощью начала писать заметки для «Костромской правды» — а вскоре оказалась на настоящем радио.
Горы писем и находка в конверте
После школы — диплом иняза в Пятигорске. Но тяга к творчеству оказалась сильнее. Дубовицкая устроилась на Всесоюзное радио, в легендарную программу «С добрым утром!», и годами разбирала горы писем и кассет от авторов, которым большая слава ещё только предстояла.
Там же проявился её продюсерский дар. В тысячах конвертов она разглядела смешные тексты дворника Виктора Коклюшкина и вывела на большую сцену целое созвездие будущих любимцев публики. Первые годы на телевидении дались тяжело, но упрямство и внутренний стержень сделали своё — в телевизионную кухню она вникла быстро.
«Аншлаг»: от перестройки до теплоходов
Радиоэфиры стали тесны — и Дубовицкая рискнула. Шла перестройка, воздух был наэлектризован переменами, и в 1987 году на экраны впервые вышел «Аншлаг». Программа взлетела: уставшие от серости и дефицита зрители прилипали к телевизорам.
Она не просто вела концерт. Вокруг неё сложилось целое братство юмористов, где каждому было чем блеснуть. Один из ближайших — Владимир Винокур, с которым её связали и программа, и многолетняя дружба.
Особая страница — речные круизы «Аншлага» в девяностые. Тогда впервые на отечественном телевидении съёмки перенесли на палубы теплоходов, и у шоу появился живой колорит, какого не дал бы никакой павильон.
Зрителя передача нашла быстро и гремела на всю страну. Но за успехом стояли и колоссальный труд, и неизбежные трения между людьми.
Иски, обиды и ушедшие звёзды
Со временем в коллективе начали копиться конфликты. Артисты росли, эпохи менялись, и амбиции звёзд упирались в жёсткий формат передачи. Публичные разбирательства, иски из-за авторских прав и гонораров, обиды и уходы ведущих мастеров сатиры — всё это легло на Дубовицкую тяжёлым грузом.
Самый громкий эпизод — иск Ефима Шифрина в 2005 году. Причиной стало то, что его старые номера после ухода из программы продолжали показывать в эфире без согласия артиста. Шифрин отсудил 160 тысяч рублей. К самой Дубовицкой личных претензий он не заявил: выплатами, по его словам, занимались продюсеры. И Шифрин, и ведущая подтверждали одно — гонораров за телевизионные съёмки артисты «Аншлага» не получали.
«„Аншлаг“ в моей жизни кончился раньше, чем я его покинул», — так объяснял свой уход из команды сам Шифрин.
Кроме Шифрина из проекта ушли Геннадий Хазанов, Ян Арлазоров и Михаил Грушевский. Хазанов упрекал ведущую в жёстком характере и авторитарности. Дубовицкая отвечала, что после ухода из «Аншлага» юмористы стали выступать с материалом похуже.
Уход многих коллег она пережила и рук не опустила. Критиков становилось больше, телевизионная сетка сжималась — а Регина Игоревна всё равно выходила в эфир.
Черногория, 2007: прогнозы были пугающими
Но настоящим испытанием стала автокатастрофа в Черногории в мае 2007 года. За рулём такси был нетрезвый водитель, потерявший управление на горном серпантине. В машине вместе с Дубовицкой ехала юмористка Елена Воробей — у неё сотрясение мозга. Тяжело травмированную ведущую спецрейсом отправили в московский госпиталь имени Бурденко, и произошло это при личном участии Владимира Винокура.
Прогнозы звучали пугающе: специалисты сомневались, что она когда-нибудь сможет ходить сама. Но рядом были верные друзья и любимая сцена — Винокур и другие коллеги буквально подняли её на ноги. Через полгода Дубовицкая вернулась на экраны и прошла по сцене без посторонней помощи.
Позже заметное похудение ведущей породило в СМИ слухи о якобы неизлечимой болезни. Дубовицкая публично их опровергла: по её словам, она абсолютно здорова, а вес — дело естественной конституции и кефирной диеты.
Дача, муж и время для семьи
Сегодня жизнь Регины Игоревны размеренна и обустроена. Тёплое время года — подмосковная дача и тишина сада, зима — московская квартира. Рядом муж, физик Юрий Айвазян. Они вместе уже больше полувека.
Из-за бешеного ритма работы времени на семью не всегда хватало. Теперь, признаётся ведущая, она навёрстывает упущенное — с особой нежностью — в общении с дочерью и внучкой.
Их единственная дочь, Илона Айвазян, получила образование прикладного математика в энергетическом институте и работает ассистентом режиссёра в том же «Аншлаге».
Сама Дубовицкая по-прежнему монтирует новые выпуски и не изменяет своей фирменной рубрике — «Записки зрителей».
Многие узнают этот сюжет: карьера, которая забрала почти всё время, и поздние попытки наверстать. А вам удавалось совмещать работу и семью без таких потерь?
ДЗЕН
Телеграм