2018 год принес неожиданную новость для друзей Ирины Травниковой: короткое сообщение в социальной сети – «Я замужем. Живу в Александрии» – стало настоящим потрясением. В свои 35 лет, обладательница классического академического образования и успешной карьеры маркетолога, Ирина, казалось бы, имела все для стабильной жизни в родном Красноярске. Ее родители, геолог и научный сотрудник, привили ей интеллигентность и тягу к познанию, но судьба приготовила ей совершенно иной сценарий.
За месяц до этого решения Ирина оставила престижную работу в пивной компании, уютную квартиру, налаженный быт и привычный круг общения. Она совершила дерзкий прыжок из любимого сибирского города в неизведанный мир Ближнего Востока, к человеку, которого она тогда воспринимала как «принца на белой яхте» — Мансуру.
Неожиданное знакомство и «дружба» с подарками
История началась до банальности просто, как это часто бывает в эпоху цифровых технологий. «Закрутилось все очень просто и, наверное, стандартно по нынешним временам», — вспоминает Ирина. Ее подруга Маша, познакомившись с другом Мансура через интернет, вскоре решила связать с ним свою жизнь. Свадьбу назначили на август 2014 года, и Маша попросила Ирину помочь с организацией торжества. Жених прилетел в Красноярск, чтобы сделать предложение, а Ирина с радостью согласилась стать «подружкой невесты».
Привлекательной оказалась и возможность увидеть Египет не глазами туриста, ограниченного Хургадой и Шарм-эш-Шейхом, а познакомиться с его подлинной жизнью. Мансур, будучи свидетелем со стороны жениха, тоже должен был участвовать в подготовке. Так и состоялось их знакомство.
Три месяца Ирина и Мансур активно переписывались, обсуждая детали предстоящей свадьбы: выбор отеля в Каире для гостей, логистику, способы соблюдения традиций обеих сторон. Общий язык нашли быстро — их объединял возраст и схожие взгляды.
Однако незадолго до поездки Мансур начал проявлять особый интерес. Он засыпал Ирину комплиментами, восхищаясь ее красотой и интеллектом. «Я предпочла сразу расставить все точки над „и“, сказала, что еду только на свадьбу и никаких отношений не хочу», — твердо заявила Ирина. Мансур принял это с пониманием, ответив: «Ok, nothing personal, just friends» (ничего личного, только друзья). Но уже в аэропорту Александрии он преподнес Ирине невероятный подарок: целый килограмм серебряных украшений — браслеты, цепочки, кольца в этническом стиле. Сначала Ирина отказывалась, считая подарок слишком дорогим, но ей объяснили, что это местная традиция — дарить гостям памятные мелочи.
Восточная сказка и предложение на коленях
35-летний Мансур оказался человеком с европейским налетом: выпускник английской школы и Александрийского университета, он уже имел за плечами брак, подаривший ему двоих детей, и развод, что для Египта считается нетипичным. Его семья была весьма состоятельной: отец — капитан первого ранга, офицер, а дядя владел судоходной компанией. Сам Мансур занимал солидную должность в нефтегазовой компании «Enppi», владел двумя квартирами (в Александрии и Каире), двумя машинами и байком, что свидетельствовало о достатке выше среднего.
Ирину он покорил быстро, она даже не успела оглянуться, как их «конфетно-букетный» период набрал обороты. «Это время мне и сейчас приятно вспоминать», — делится Ирина. Они проводили дни, исследуя Александрию, посещая катакомбы Ком-эль-Шукафа, Александрийскую библиотеку, королевский дворец и парк Монтаза, некрополь Анфуши. Они обедали в ресторанах, купались в море, катались на лошадях, наслаждаясь арабскими скакунами, мчащимися прямо в морской воде. Мансур дарил ей драгоценности: золотые кольца с бриллиантами и жемчугом, а также два кольца в виде золотых кошечек. При этом его поведение оставалось безупречным.
Когда свадьба друзей отгремела и пришло время Ирине уезжать, Мансур сделал ей ошеломляющее предложение. Он попросил ее выйти за него замуж, признавшись, что не может жить без нее. Предложение прозвучало дважды: сначала он просто просил, а затем встал на колени. Ирина к тому моменту уже сама влюбилась. Она попросила время подумать.
В тот вечер они катались на мотоцикле по городу, обсуждая мелочи и неизбежное расставание. Проезжая мимо многоэтажки в районе Мондара, Мансур вдруг предложил заехать к родителям. Ирина испугалась и почувствовала себя неловко, но его семья встретила ее с невероятным гостеприимством. С отцом Мансура, Хосейном, у Ирины до сих пор прекрасные отношения. Общение шло на английском, так как мать Мансура, Надия, говорила только по-арабски. Они болтали о впечатлениях Ирины от Египта, а затем Надия что-то сказала сыну по-арабски. Ирина, конечно, ничего не поняла, но позже узнала перевод: «Упустишь — будешь дураком».
Этот вечер, похоже, стал решающим для Мансура. Он стал добиваться Ирины еще настойчивее. Ей предстоял вылет из Каира, и всю дорогу из Александрии он вел с ней разговоры исключительно о браке, устроив настоящую осаду. «Если ты сейчас уедешь, все разрушится, — убеждал он. — Ты больше не вернешься. Останься еще на две недели, давай я поменяю тебе билет. Передумай, пожалуйста…» И Ирина передумала.
«Мозг он мне подвынес за это время серьезно, — призналась Ирина. — И уже когда ехали на самолет, я подумала: а что, собственно, меня держит? В Красноярск всегда успею вернуться, муж и семеро по лавкам меня там не ждут. Я при этом взрослый человек, у которого до этого, брака никогда не было, и которому нужно строить свою жизнь. Вот именно это я и решила сделать». Она осталась, и буквально в тот же вечер они расписались.
Орфи и харам: тонкости египетского брака
В Египте существует особый способ заключения брака с иностранкой — орфи, или узаконенное брачное сожительство. «Брак в Египте заключается очень просто, не надо подавать никакое заявление», — поясняет Ирина. Документ, напоминающий свидетельство о браке, подписывается в присутствии двух мужчин или четырех женщин, и в него вносятся данные жениха и невесты. Ирина отмечает, что орфи часто используется «хабибами» (альфонсами на курортах) для одноразовых связей, позволяя им не нарушать Шариат. На основании орфи выдается виза невесты и статус резидента.
Наличие орфи предоставляет паре массу возможностей, например, позволяет снять один гостиничный номер на двоих. «Если орфи есть на руках, у полиции не возникает вопросов, — смеется Ирина. — У нас был случай, когда пришлось его предъявить. Сидели как-то в машине вместе, подошел полицейский с проверкой, так внимательно смотрел на нас. Благо — бумага была с собой, иначе скандал был бы страшный». Находиться наедине с чужой женщиной или случайно коснуться ее — по Шариату это харам, то есть грех, и может привести к серьезному скандалу. Даже сантехник не может войти в дом Ирины, если мужа или другого мужчины из их рода нет дома. В таком случае Ирина должна выйти и ждать на лестничной клетке, пока он работает. Эти правила приличия, которые европейцам могут показаться забавными, быстро становятся привычными, поскольку Шариат в Египте действует в полную силу.
Однако орфи является неполноценным браком. Если намерения пары серьезны, они обращаются в суд для заключения брачного контракта. В этом контракте ставится отпечаток большого пальца на фотографии супругов и оговаривается сумма, которую жених должен выплатить невесте в случае развода. Эта сумма обсуждается во время сватовства. В случае Ирины она составила 10 000 египетских фунтов. «Деньги откровенно небольшие, но мне в тот момент (да и сейчас) казалось странным, если бы я решила настаивать на увеличении, это как-то мелочно и говорит, по-моему, о недоверии», — объясняет Ирина.
Пышную свадьбу решили не устраивать, так как Ирине это было удобнее. Ее родители еще не знали о браке, и на торжестве присутствовала бы только родня Мансура. «Слишком много незнакомых людей — зачем это?» — размышляла Ирина. Вместо этого они решили провести медовый месяц в оазисе Сива, расположенном в 600 километрах от Александрии. Небольшое семейное торжество, конечно, состоялось, и оно запомнилось одной забавной деталью: двоюродная сестра Мансура подошла к Ирине и с юмором сказала: «Крепись, я его с детства знаю. Сил — тебе». Эти слова оказались пророческими.
Медовый месяц в оазисе и суровые будни
Медовый месяц в оазисе Сива, расположенном на пороге Сахары, стал воплощением мечты. В этом месте, где проживает чуть более 20 000 человек, Ирину особенно впечатлила Гора Смерти с захоронениями и росписями времен Тутанхамона. Иностранных туристов здесь почти нет, хотя хороших отелей достаточно. Они остановились в прекрасном одноэтажном отеле, стилизованном под бедуинский колорит.
Пара отправилась в однодневное путешествие по пустыне, каталась на джипах, встречала закат на дюнах, купалась в источниках других оазисов. Они наслаждались отдыхом и обществом друг друга. В Египте, если человек владеет квартирами и машинами и может путешествовать, он уже считается состоятельным, поскольку уровень жизни в стране довольно низкий. Многие люди ежедневно продают бананы и орешки с осликов и тележек, а некоторые работают на курортах за мизерные деньги.
После романтического медового месяца наступили будни. Поначалу они были такими же радужными, но со временем в их отношениях появились трещины, а затем любовная лодка с оглушительным грохотом разбилась о быт.
«Сама жизнь меня вообще не напрягала, — признается Ирина. — Если честно, для русской женщины — это полная халява. Мы привыкли к авоськам, необходимости пахать. А тут — с вечера сложила мужу туесок с едой на работу (я, кстати, Мансура перевела на полезное питание, чтобы худел, он так-то не худыш), раскиданные вещи прибрала — и, как говорится, весь Интернет к твоим услугам, балдеешь до вечера, пока он не вернется. Уборщица раз в неделю пришла — порядок навела, а остальное и самой вполне можно делать».
Однажды Ирина приготовила мужу «оливье» на ужин. Продукты она покупала в местном супермаркете, и они были в основном европейского качества или местные, за исключением свинины и алкоголя, которые там не продаются. «Этот салат у нас в России один из любимых. Попробуй», — предложила Ирина. Мансур с опаской поднес ложку ко рту, намереваясь попробовать из вежливости. Но уже через минуту Ирина услышала: «А можно такое каждый день?» «Нет, это только на Новый год», — осадила мужа Ирина, не желая, чтобы он налегал на «оливье» и не худел.
«Он воспринимал меня как удобное приложение»
Постепенно благополучная жизнь начала давить на Ирину. Целыми днями она слонялась по квартире без дела, выходя из дома только по вечерам с мужем в ресторан. Все ее общение и друзья остались в Красноярске. Нарастала тоска.
Выходить одной на улицу было проблематично, особенно для белокожей женщины со светлыми волосами. Однако, если правильно себя вести — носить закрытую одежду (брюки или юбку ниже щиколотки, футболку с закрытыми плечами или блузку без декольте) и, главное, не смотреть мужчинам на улице в глаза, то можно было куда-то выбраться. Если посмотреть в глаза, это воспринималось как готовность к знакомству. Ирина вспоминает лишь один случай, когда ее оскорбил местный попрошайка, назвав «шармутой» (шл*хой). Она была одета очень скромно и могла потребовать наказания за оскорбление. Когда она рассказала об этом Мансуру, он лишь засмеялся. «Что ржешь, как конь? Твою жену шл*хой назвали», — возмутилась Ирина. Мансур ответил: «Это тот дед в чалме, который на стульчике сидит возле магазина? Он городской сумасшедший, всех, кто мимо проходит, обзывает. Ну, хочешь, я пойду и побью его? Но вообще на него никто внимания не обращает».
Несколько раз Ирина с подругой Машей выбирались на рынок вдвоем, и никаких проблем не возникало, если не провоцировать. Но со временем разница в менталитете все же сказалась. «Постепенно, не сразу, я поняла, что он стал воспринимать меня, как удобное приложение, — делится Ирина. — Никакого интереса, как к личности, никаких вопросов о культуре России или о том, что у нас принято». За год он выучил лишь несколько русских фраз: «бока-бока» (пока-пока) и «да, лааадно». Ирину стало раздражать хождение по дому в уличной обуви и еда руками из тарелки. В быту он оказался для нее «хрюшкой». Когда они ссорились на этой почве, он называл ее «мезофобом».
Мансур не мог вкрутить лампочку или что-то починить. Ирине приходилось ждать мужа, чтобы вызвать мастера. Его интересы казались ей ограниченными: сходить в ресторан и заняться сексом. Ирина же стремилась к развитию, хотела ходить в театр, узнавать новое. Она даже начала учить арабский, чтобы лучше понимать его, но все было без толку.
Развод и возвращение к себе
Мелкие ссоры быстро переросли в скандалы. Однажды, после возвращения от родителей из Красноярска (которые, к слову, не одобряли ее брак), Ирина решила поставить точку в отношениях. «Развестись так же просто юридически, как и пожениться. Приходишь в суд — разводишься за час», — рассказывает она. Но с египетским мужчиной развод осложняется тем, что не всегда удается дойти до суда. Муж может просто не пустить, и это считается нормальным. «Я, например, была вынуждена сбежать от него с одним чемоданом, пока он был на работе. И считаю, что отделалась малой кровью…»
Две недели Ирина жила у подруги, пока оформляла развод. Мансур пытался заставить ее вернуться, угрожал. Денег у нее не было, и пришлось продать обручальное кольцо, чтобы купить билет в Россию. Позже он вернул ей деньги за билет, как того требует закон. Но Ирине было уже все равно — лишь бы вырваться. Мансур до сих пор пишет ей, уговаривает вернуться, но Ирина приняла окончательное решение. «Только сидеть дома и ничего не делать — не для нас. Люди в браке должны быть единомышленниками, прислушиваться друг к другу. Наши мужчины, кстати, замечательные!» — утверждает Ирина. Новых отношений у нее пока нет, но есть человек, с которым они понимают друг друга. И это, по ее словам, «не купишь, за все золото мира».
Что вы думаете о решении Ирины? Можно ли было спасти этот брак?
История Ирины Травниковой, записанная Надеждой Ильченко для архива «КП», — это рассказ о смелости, поиске себя и разочарованиях, которые закаляют характер. Из уютного Красноярска в жаркую Александрию, от романтики восточной сказки до суровых реалий быта и ментальных различий. Ирина нашла в себе силы разорвать отношения, которые перестали приносить радость, и вернуться к себе, к своей мечте о развитии и полноценной жизни.
Ее опыт стал уроком о том, что настоящие ценности не купишь за килограммы серебра и золотые украшения, а истинное счастье кроется в глубоком взаимопонимании и уважении к личности. Ирина продолжает свой путь, открытая новым возможностям, но уже с багажом мудрости, приобретенной в непростом египетском браке.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм