Тайны больших семей всегда будоражили умы, а когда речь заходит о супруге первого и последнего президента СССР, интерес возрастает многократно. Долгие годы личная драма Раисы Максимовны Горбачевой оставалась скрытой от посторонних глаз, пока однажды ее не раскрыла актриса Софья Тимофеева, известная своими способностями к гаданию. Позже в одном из ТВ-шоу она вспоминала, как Раиса Максимовна «осатанела», услышав правду о своем родном брате.
Оказалось, младший брат первой леди, Евгений Титаренко, многие годы провел в психиатрической лечебнице. Но каким образом эта информация стала достоянием общественности? Софья Тимофеева, обладающая цыганскими корнями и даром предвидения, делилась, что к ней за советом обращались многие известные личности. Именно Галина Брежнева, с которой актриса тесно общалась, дала ей номер телефона Горбачевой. Так состоялось их знакомство.
Тайное предсказание и семейная драма
Однажды Раиса Максимовна назначила встречу с Софьей. Актриса радушно приняла гостью, предложив кофе, и вскоре они приступили к таинству гадания. Тимофеева вспоминала, как ее поразила «такая чернота» в раскладе карт. Тогда она произнесла фразу, которая навсегда врезалась в память: «В вашей семье есть беда у бубнового короля. Он — родной вам человек». Именно тогда и выяснилось, что речь идет о Евгении — родном брате Горбачевой.
По словам Софьи Тимофеевой, Раиса Максимовна, используя свое влияние, добилась помещения брата в психиатрическую клинику. Эта история, полная боли и противоречий, началась задолго до того, как Михаил Горбачев занял высший пост в государстве, и стала одной из самых тяжелых страниц в жизни его супруги.
Блестящее начало пути Евгения Титаренко
Евгений Титаренко, появившийся на свет двумя годами позже своей знаменитой сестры Раисы, подавал большие надежды. Его юность была наполнена поиском себя и стремлением к знаниям. Он начал свой путь в Ленинградском высшем военно-морском училище инженеров оружия, но не завершил обучение там. Вместо этого он выбрал службу матросом в суровом Заполярье, а затем трудился шахтером на Донбассе, познавая тяжелый рабочий быт.
В 1965 году Евгений Максимович получил диплом Литературного института, что открыло перед ним новые горизонты. Молодой специалист по распределению отправился в Воронеж, где на протяжении двух лет занимал должность редактора в Центрально-Черноземном книжном издательстве. Перед ним простиралось будущее, полное творческих свершений и признания.
Первый брак и первые тревожные звоночки
К 1968 году Евгений Титаренко уже был принят в Союз писателей СССР, что стало значимым признанием его таланта. Его дебютный роман «Обвал», посвященный жизни шахтеров, так и не увидел свет, однако повести для юношества были тепло встречены читателями и критиками. Казалось, что его карьера стремительно идет в гору, а личная жизнь складывается не менее удачно.
В Воронеж Евгений приехал уже женатым человеком. Его избранницей стала талантливая поэтесса Зоя Габоева, осетинка по происхождению, которая подарила ему дочь Ирину. От Союза писателей семья получила собственную однокомнатную квартиру. Воронежцы вспоминали Титаренко как незаурядную личность – одаренного писателя, обаятельного и умного собеседника. «Титаренко считался франтом, его называли красавчиком, о таком муже мечтали все наши дамы», — делились воспоминаниями сотрудники издательства.
Однако за внешним благополучием скрывались первые тревожные знаки. Несмотря на успех детских повестей, серьезные работы Евгения Максимовича сталкивались с цензурными барьерами из-за острых социальных тем. Это стало причиной глубокого разочарования, которое постепенно привело писателя к пагубной привычке – он начал выпивать, и эта зависимость со временем лишь усиливалась.
Жизнь на краю бездны
К концу 1970-х годов, когда Михаил Горбачев уже занимал пост секретаря ЦК КПСС, его шурин Евгений Титаренко влачил жалкое существование в старом воронежском бараке. Редактор Центрально-Черноземного книжного издательства Тамара Давыденко вспоминала, что Евгений снимал угол у алкоголика в квартале, где в основном селились бывшие заключенные. Несмотря на это, местные жители искренне любили писателя, ведь в советское время люди творческих профессий пользовались особым почетом. Вечерами они собирались у него, чтобы выпить и поговорить по душам, а утром дружно отправлялись опохмеляться.
К этому времени первый брак Евгения распался. Его сестра Людмила рассказывала, что Зоя Габоева подала на развод, когда брат начал сильно пить. К тому моменту Евгений уже полностью зависел от алкоголя. Мать братьев и сестер Титаренко считала, что это наследственная черта, ведь и дед, и прадед тоже страдали от этой пагубной привычки. Раиса Максимовна неоднократно пыталась помочь брату избавиться от зависимости, но он категорически отказывался, упрямо твердя: «Я не алкоголик».
Недолгий проблеск счастья
После развода Евгений оставил квартиру бывшей жене и дочери, а сам продолжил снимать угол. Его жизнь стремительно катилась под откос в окружении собутыльников. Однако, даже оказавшись на самом дне, Евгений смог найти в себе силы, чтобы оттолкнуться и попытаться выплыть. Спасение, казалось, пришло в образе молодой, прекрасной женщины.
В тот период брат Горбачевой страдал от тяжелых запоев, которые могли длиться до месяца. Он был не в состоянии писать, его мучили боли в печени, и сердце работало с перебоями. Со временем у Евгения Максимовича стали сильно отекать ноги, и он уже не мог передвигаться самостоятельно. Тамара Давыденко вспоминала, как однажды Титаренко рассказал ей о людях, которые являлись к нему по ночам, беседовали и затем исчезали. Обеспокоенная редактор уговорила его обратиться к психиатру. Врач вынес неутешительный вердикт: хронический алкоголизм, который мог привести к приступам белой горячки.
Испугавшись, Евгений добровольно лег в психиатрическую больницу. Там его состояние значительно улучшилось, и, что самое удивительное, он встретил любовь. Ирина, тоже пациентка клиники, оказалась профессиональной скрипачкой. Между ними вспыхнули сильные чувства, и после выписки влюбленная пара поселилась в новой квартире Евгения, которую для него приобрела Раиса. Воронежский писатель Виктор Панкратов вспоминал, как Евгений Максимович в день рождения невесты купил за огромные деньги белый рояль. Коллеги надеялись, что к старой жизни Титаренко больше не вернется. Увы, их надежды рухнули спустя три года: белый рояль был обменян на бутылку водки.
Под негласным контролем
Ирина неоднократно признавалась воронежскому писателю Владимиру Добрякову, что Евгений был невероятно интересным и приятным человеком, но она не могла связать свою судьбу с алкоголиком. Она откровенно делилась, что «Женя постоянно заставлял меня бегать за бутылкой», а в трезвом состоянии становился совершенно невменяемым. Чтобы справиться с депрессией, ей приходилось покупать все, что он требовал, ведь, захмелев, он становился мягким и трогательным.
Ирина была значительно моложе Евгения, и ее родители категорически не одобряли эту связь. В итоге, не видя совместного будущего, она ушла спустя три года. Титаренко писал ей трогательные письма, а в последнем из них обвинил возлюбленную в предательстве и признался, что не хочет жить. После этого он больше не писал. Этот болезненный разрыв произошел незадолго до того, как Михаил Горбачев был назначен Генеральным секретарем ЦК КПСС.
Квартира Титаренко быстро превратилась в притон для сомнительных собутыльников. Раиса Горбачева еженедельно отправляла брату продукты и деньги, но все это безвозвратно пропивалось. Евгений Максимович, обладая добрым сердцем, привечал у себя всех «бродяг», никому не отказывая в выпивке и ночлеге. Когда Раиса Максимовна сама приехала навестить брата и увидела весь ужас происходящего, она приняла решительные меры: Титаренко переселили в другую квартиру, а у подъезда круглосуточно дежурили милиционеры.
Владимир Добряков вспоминал, как его часто вызывали в «серый дом» — так называли Лубянку — где сотрудники органов вежливо просили присматривать за Титаренко, чтобы с ним ничего не случилось. По его словам, без опеки КГБ Евгения давно бы не было в живых, ведь он не раз пытался свести счеты с жизнью, а однажды даже устроил пожар в квартире, уничтожив все свои книги и неопубликованные рукописи. Воронежского писателя Виктора Панкратова сотрудники КГБ также просили сопровождать Титаренко к родителям в Краснодар, где их на летном поле уже ждала машина. Однажды Евгений Максимович, никому не сказав, «сбежал» в Москву. Месяц о нем ничего не было известно, пока его не нашли в столице, лежащим у дороги в крови. Он попал в Склиф, где его и обнаружила Горбачева. Панкратов рассказывал, что она умоляла брата остаться в Москве, но Воронеж был для него родным, и он вернулся.
Исповедь сестры и горькое послевкусие
С 1989 года Евгений Титаренко окончательно обосновался в больнице. Спустя два года Раиса Горбачева в своих мемуарах с горечью писала о брате, делясь своей глубокой болью: «Его талант оказался невостребованным и погубленным. Это моя постоянная боль, которую я ношу в сердце уже больше 30 лет». Она признавалась, что трагедия брата стала для нее личной драмой, особенно учитывая их тесную душевную связь в детстве.
В то время по стране активно распространялись слухи о том, что Титаренко «загнали в психушку, чтоб Горбачеву не мешал…». Эти сплетни даже подхватывались некоторыми СМИ. Позже Анатолий Никифоров, бывший заместитель начальника Воронежского управления КГБ, в одном из телевизионных интервью подтвердил, что за Титаренко действительно «приглядывали», но в психиатрическую клинику он попал сам с диагнозом «органическое поражение мозга». Однако Никифоров высказывал мнение, что окружение Горбачева могло бы решить эту проблему иначе, например, найти хороший санаторий и обеспечить охрану. Ему казалось, что Титаренко «оставили в больнице, прямо говоря, и в забытьи, и в одиночестве». Из родных его лишь однажды проведала племянница — дочь Горбачевых.
Забвение в тишине больничных стен
Несмотря на отстраненность семьи, Евгения Максимовича навещали воронежские писатели и издатели. Он продолжал переписываться с Виктором Панкратовым. В одном из последних писем, пытаясь отвлечься, он писал о своем желании вести дневник, но признавался, что, кроме фразы «Прощайте, друзья…», ничего не приходит в голову.
Со временем состояние писателя неуклонно ухудшалось. У него развивался Альцгеймер, и он постепенно терял связь с реальностью. Посетители стали ему не нужны, он никого не узнавал, перестал читать, писать и смотреть телевизор. Бывшая директриса больницы в Орловке, Ксения Тумакова, развеяла многие слухи, объяснив трагедию Евгения Максимовича: «На самом же деле изначально виновата известная «русская болезнь» — он сильно пил. Потом получил серьезную травму головы, задело мозг, что усугубило течение болезни. Стало развиваться слабоумие. Вот и вся грустная история».
Так, в тишине и забвении больничных стен, Евгений Титаренко дожил свой век. Он пережил свою знаменитую сестру Раису Максимовну на 19 лет и скончался на 83-м году жизни. Местом его последнего упокоения стало кладбище села Петино под Воронежем. Его судьба — это печальное напоминание о том, как талант и потенциал могут быть поглощены болезнью и зависимостью, оставив после себя лишь горькие воспоминания.
Как вы думаете, можно ли было спасти Евгения Титаренко от такой трагической судьбы? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм