Ялтинская набережная замерла в изумлении. Посреди толпы отдыхающих, словно сошедшая со страниц восточной сказки, двигалась принцесса в полном великолепии: струящиеся шелка, сияющие украшения, яркий макияж, а за ней — свита, бережно поддерживающая подол роскошного белого платья. Это была Царевна Будур, но она не раздавала автографы и не обращала внимания на восхищенные взгляды. Её путь был целеустремлённым — к дверям местной сосисочной.
В тот день съёмочная группа фильма «Волшебная лампа Аладдина» была готова съесть что угодно. Из-за капризов пиротехники, чьи взрывы получались то слишком мощными, то едва заметными, смена затянулась на долгие часы. Грим и костюмы нельзя было снимать: сотни пуговиц на наряде актрисы означали бы многочасовые сборы заново. Когда голод стал невыносимым, режиссёр махнул рукой, отпустив артистов в город. Так и возникла эта сюрреалистическая картина: сказочная красавица, с аппетитом уплетающая советские сосиски на глазах у ошеломлённой публики.
Юной Додо Чоговадзе тогда было всего пятнадцать лет. Её лицо вот-вот должно было появиться на афишах всех кинотеатров страны, и многие прочили ей великую актёрскую славу. Никто не мог предположить, что эта восточная сказка обернётся для неё золотой клеткой, а ключи от неё окажутся в руках самого близкого человека.
Грузинская кровь и голливудская красота
В жилах будущей царевны смешались две культуры, создав удивительный, но притягательный коктейль. Её отец, грузинский агроном Александр Чоговадзе, встретил свою судьбу в лице русской красавицы Ираиды Китаевой. Семья Ираиды оказалась в Тбилиси во время эвакуации, и её внешность, напоминавшая голливудскую диву Аву Гарднер, мгновенно покорила Александра. Языковой барьер — он плохо знал русский, она — грузинский — не стал преградой для их любви.
Додо росла в атмосфере безграничного обожания. Мама полностью посвятила себя дому и воспитанию дочери, оберегая её буквально на каждом шагу до шестнадцатилетнего возраста. Заметив, что девочка постоянно пританцовывает, родители отвели её в хореографическое училище. Однако кинематограф нашёл её раньше, чем балетная сцена.
Дебют, вызвавший смех всей Грузии
Первое появление Додо на экране произошло, когда ей было всего пять лет, и этот дебют вызвал искренний хохот по всей Грузии. В фильме «Манана» была сцена, где школьники ставили спектакль о партизанах. Крошечной Додо наклеили усы и надели фуражку. В самый ответственный момент головной убор случайно съехал набок, обнажив огромный девчачий капроновый бант. Эту забавную деталь решили оставить в фильме, и благодаря контрасту суровых усов и милого бантика юная артистка сразу полюбилась первым зрителям.
В десять лет Додо уже исполняла главную роль в картине «Маленькие рыцари». В тринадцать она отправилась в Москву на пробы к знаменитому Станиславу Ростоцкому, который искал исполнительницу роли Бэлы для фильма «Герой нашего времени». Пробы в дуэте с Владимиром Ивашовым прошли блестяще, режиссёр был в восторге и уже готов был утвердить юную актрису. Всё испортил один вопрос:
«Кстати, а сколько ей лет?»
— поинтересовался Ростоцкий у мамы.
«Тринадцать»,
— прозвучал ответ. Режиссёр помрачнел.
В сценарии были прописаны любовные и даже постельные сцены, и снимать в них ребёнка было, разумеется, невозможно. Роль досталась другой актрисе.
Маленькая ложь для большой роли
К счастью, фотографии Додо остались в картотеке Киностудии имени Горького. Когда режиссёр Борис Рыцарев приступил к поискам своей царевны Будур для фильма «Волшебная лампа Аладдина», он пересмотрел сотни претенденток, среди которых была и уже известная Ирина Печерникова. Додо с мамой несколько раз летали в Москву на пробы, и, когда её кандидатура была утверждена, режиссёр вновь задал вопрос о возрасте.
«Пятнадцать, но скоро будет шестнадцать. Буквально на днях»,
— не моргнув глазом соврала мама, наученная горьким опытом после проб у Ростоцкого.
На самом деле девочке тогда было четырнадцать лет, и если бы не эта маленькая ложь, путь в большое кино мог бы так и не открыться.
На съёмках «Волшебной лампы Аладдина» юная Додо оказалась в окружении живых легенд советского кинематографа: Георгий Милляр, Андрей Файт, Отар Коберидзе — эти имена знал весь Советский Союз. Додо, сама восхищаясь этими артистами, поначалу сильно смущалась, но мэтры взяли над ней шефство. Особенно тёплые отношения сложились с «экранным папой» Отаром Коберидзе, который опекал её, водил на прогулки по городу после тяжёлых смен и всегда передавал из рук в руки маме.
С легендарным Георгием Милляром, исполнявшим роль Наимудрейшего, случались настоящие курьёзы. Актёр в тот период переживал тяжёлую депрессию и часто уходил в запои. Съёмочная группа строго следила, чтобы алкоголь не попадал к нему в руки. Однажды гримёр Луиза отлучилась из комнаты, и туда заглянул Георгий Францевич. Увидев на столике бутылку одеколона, он, не обращая внимания на сидящую в кресле девочку, схватил флакон и залпом выпил содержимое. Додо решила, что Милляр таким образом над ней подшутил, но позже гримёрша объяснила: никакой шутки, актёр просто нашёл замену алкоголю, который от него прятали.
Экранная любовь и реальная ревность
На экране царевна Будур смотрела на Аладдина влюблёнными глазами, но в жизни всё было иначе. Борис Быстров, сыгравший главного героя, был для Додо скорее старшим братом и надёжным защитником. Сентябрь принёс новый учебный год, но съёмки продолжались, и девочке пришлось посещать ялтинскую вечернюю школу. Быстров водил её на уроки и встречал после, оберегая от местных хулиганов.
Изначально в фильме планировалось несколько сцен с поцелуями, но от них пришлось отказаться. Додо была совершенно неискушённой и просто не знала, как нужно целоваться. Режиссёр Рыцарев часами бился с ней, умоляя просто закрыть глаза и тянуться губами, но результат выглядел нелепо. В финальной сцене царевна должна была поцеловать любимого, но вместо этого она стыдливо закрылась шалью и убежала — это было не режиссёрское решение, а вынужденная мера.
Настоящая, хоть и платоническая, влюблённость у Додо возникла к художнику по костюмам Косте Загорскому. Но о романе не могло быть и речи: мама постоянно находилась на съёмочной площадке, не оставляя дочь без присмотра. Единственным послаблением стал день рождения Додо, который пришёлся на самый разгар съёмок. Группа скинулась и подарила ей корзину, в которой лежали невероятно редкие по тем временам бордовые австрийские туфли на шпильке. Поднимая бокал шампанского, Додо призналась, что ей исполнилось всего пятнадцать лет. Коллеги тут же отобрали бокал со спиртным, посмеялись, а именинница готова была плакать от обиды, что её всё ещё считают маленькой.
Роковые ожидания и разбитые мечты
После премьеры на Додо Чоговадзе обрушилась лавина писем. Писали все: от восторженных школьников до заключённых, которым тоже посчастливилось посмотреть сказку в тюремных кинозалах. Кто-то присылал признания в любви, кто-то стихи, кто-то — вкусности. В хореографическом училище ей завидовали, педагоги иронично называли её «голливудской звездой», но Додо старалась не зазнаваться.
Казалось, её карьера была предрешена. Борис Рыцарев планировал снимать её в «Русалочке», где пригодились бы её балетные навыки, и в экранизации «Аэлиты» Толстого. Режиссёр просил не размениваться на мелочи и ждать его фильмов. Додо послушно отказывала грузинским режиссёрам, обижая их одного за другим. Это ожидание стало роковой ошибкой. Фильмы Рыцарева замораживали по разным причинам ещё до начала съёмок, а предложений из Тбилиси больше не поступало. Вахтанг Чабукиани, её наставник в хореографическом училище, втайне радовался этому, ведь он безумно ревновал ученицу к кино и считал, что её место только на сцене.
Окончив училище, Додо попала в труппу Театра оперы и балета. Но здесь её накрыла волна неуверенности. Ей казалось, что данных для того, чтобы стать примой, не хватает, что шаг недостаточно широк. Самоедство довело до решения уйти из балета в драматический театр. Она уехала в Ленинград, поступила в театральный институт, училась у блестящих педагогов, но, к собственному сожалению, вернулась к родителям в Тбилиси, упустив шанс закрепиться в России.
Любовь, обернувшаяся золотой клеткой
В личной жизни красавицы возникли другие сложности. Однажды к её маме пришёл мужчина, попросив руки дочери и заявив, что готов немедленно развестись с нынешней женой. Додо сама вышла к ухажёру и выставила его за дверь. Строить счастье на чужой беде она не собиралась.
Истинная любовь пришла в лице коллеги. Давид, певец из того же театра, где она танцевала, покорил её во время гастролей. Свадьба была роскошной: кортеж машин, широкие столы со сладостями, два дня гуляний. Молодые даже заехали в Москву к Рыцареву, чтобы похвастаться своим счастьем.
Но Давид, или Дато, как звали его близкие, оказался патологически ревнивым. Он ревновал жену даже к её собственным родителям. Когда Додо, уже став драматической актрисой, играла Офелию, муж сидел в зале и закипал от ярости каждый раз, когда Гамлет обнимал её на сцене.
«Почему ты смотрела на него такими глазами?»
— кричал он дома.
«Потому что по сюжету Офелия любит Гамлета!»
— пыталась объяснить она.
«Ты за идиота меня держишь? Я вижу, что между вами что-то есть!»
Семья мужа — родители, бабушка, дедушка — всегда вставала на сторону Дато. Свекровь открыто заявляла:
«Я буду за сына, даже если он неправ».
Давление на Додо нарастало. Муж требовал уйти из театра, запрещал ходить на кинопробы. Двадцатилетняя танцовщица и актриса, которой рукоплескали залы, дома превращалась в бесправное существо, слышащее только слово «нет».
Она не хотела быть рабыней. Брак распался, и Додо вернулась к родителям. Но Дато не отпускал её ещё десять лет. Он приезжал к ней, увозил к себе, возвращал, живя в полной уверенности, что эта женщина принадлежит только ему. Точка была поставлена внезапно: узнав, что бывший муж женился на другой, Додо в очередной его визит просто не открыла дверь.
«Сама же ко мне и прибежишь»,
— сказал бывший муж, и с тех пор их общение прекратилось навсегда.
От этого союза осталась дочь Нино. Она унаследовала музыкальный талант отца, окончила консерваторию, но выбрала свой, совершенно неожиданный путь. Нино стала психологом и уехала работать в Африку, в миграционную службу Судана. Там она помогает людям, ежедневно рискуя собственной жизнью, ведь это место опасно: гражданская война, бедность, болезни. Своей семьи у неё нет. Додо с грустью признаёт: дочь, как и она сама, избегает замужества, опасаясь менталитета грузинских мужчин, склонных к деспотизму и ограничению свободы.
Возвращение к себе
После долгого перерыва Чоговадзе лишь однажды вернулась в большое кино, сыграв лётчицу в фильме «В небе «ночные ведьмы»». Этот опыт стал для неё глотком свежего воздуха. На съёмках в Феодосии её поселили в номер к актрисе Тане Микриковой, предупредив, что у той сложный характер и она «может послать матом без причин».
Когда соседка пришла в номер, Додо решила действовать на опережение и с порога обложила её крепким словцом. Ненормативная лексика с мягким грузинским акцентом привела Таню в такой восторг, что актрисы стали лучшими подругами. Они вместе собирали травы в лесу, Додо учила подругу готовить аджапсандал, а та её — правильно следить за фигурой. На этих съёмках Додо Чоговадзе снова почувствовала вкус к жизни и актёрской профессии.
Сегодня царевна Будур преподаёт ритмику и танцы в театральном университете. Она видит, как её талантливые студенты вынуждены подрабатывать официантами, чтобы выжить, и сердце у неё болит — и за них, и за себя. В её холодильнике есть еда, но никуда не исчез творческий голод. Додо Чоговадзе не скрывает: она многое упустила, поддавшись чужому влиянию, но уверена, что в свои 74 года у неё ещё есть силы для хорошей роли. Ведь актёрская судьба, как известно, дама капризная, и иногда она делает подарки даже после очень долгого антракта.
Что вы думаете о судьбе Додо Чоговадзе — справедливо ли сложилась её жизнь? Поделитесь мнением в комментариях.
Подписывайтесь на наши каналы и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.
ДЗЕН
Телеграм